Из Солоневича...

"Во внешнеполитическом отношении революция уже отбросила нас лет на двести назад. Контрреволюция отбросит еще лет на сто... лет этак через пятьдесят после контрреволюции мы наверстаем все три столетия, как это мы проделали после Смутного Времени"
Иван Солоневич "Народная монархия" с. 209

О будущей роли государства.

В свое время, пытаясь хоть как-то решить проблему обеспечения населения жильем, Советский Союз изобрел коммуналки. Заселялись в них самые разные люди, с, зачастую, противоположными привычками, взглядами и убеждениями. Государство, наделив их каким-никаким жильем, поставило, со своей стороны, одно жесткое условие – ужиться. Вождям пролетариата было глубоко безразлично разнообразие внутреннего мира подданных, их моральные и духовные терзания, кулинарные и музыкальные пристрастия. Перед ними стояла сложнейшая задача – обеспечить жильем по возможности как можно большее количество людей. Так в освободившиеся квартиры вселялись сразу по нескольку семей, каждая со своими традициями и правилами.

Опыт коммуналок оказался бесценным. Он дал нашим людям понимание необходимости устанавливать некие общие правила, приемлемые для всех и соблюдать их. Представьте себе, если бы государство заявило, что вот эта определенная группа граждан имеет право, например, играть на барабанах после полуночи. Потому, что так велят их убеждения. И нельзя им мешать. Можно не сомневаться, что рано или поздно подобная политика привела бы к взрыву. Лидеры советского государства очень хорошо это понимали. Именно поэтому главным законом совместного существования, законом священным и нерушимым, охранявшимся всей машиной государства, являлся закон соблюдения общих правил. Можно было как угодно жить в пределах своей территории, но, выходя за ее пределы, приходилось помнить о комфорте соседей. По этому принципу было построено и Советское Государство. Негласное признание некоторых местных обычаев и традиций дополнялось жестким принуждением к соблюдению общих правил за пределами родной республики. В результате «почти европейцы» прибалты свободно уживались в одном «доме» с потомками ханов и баев Средней Азии.

Благополучная Европа пошла по другому пути. Не желая повторять путь Советской России, она создала средний класс, слой мелких собственников – индивидуалистов, каждый из которых жил на своей территории по своим правилам. Государство практически обязывало граждан жить каждого по своим правилам, с детства воспитывая их в духе индивидуализма. Идея «мультикультурализма», поразившая умы европейских правителей, стала логичным продолжением этой политики. Если граждане способны жить, не соприкасаясь друг с другом, то почему таким же образом не могут сосуществовать целые народы, проживающие на одной территории? Европейцы не учли, что поселение вместе двух совершенно разнородных народов моментально превращает «частное домовладение» в «коммунальную квартиру». И, вместо того, чтобы заняться установлением правил общежития с последующим внедрением их в сознание людей, позволили каждому жить в соответствиями со своими убеждениями. Забыв, что убеждения являются одной из самых распространенных причин конфликтов.

Со временем стало понятно, что убеждения категорически не желают друг с другом уживаться. Первой ласточкой грядущего взрыва стал скандал, разразившийся после публикации в ведущих европейских изданиях карикатур на пророка Мухаммеда. Европейцы упорно не желали понимать, почему они должны ограничивать свое святое право свободы самовыражения, лишь бы не задевать своих соседей-мусульман. Соседи-мусульмане, в свою очередь, столь же упорно не желали понимать, во имя чего они должны молча терпеть, наблюдая, как глумятся над их святынями. Государство с соответствующим упорством не желало понимать необходимость своего вмешательства. Мантры о «свободе слова» и мультикультурализме возобладали над здравым смыслом и государственной необходимостью. Оно продолжало игнорировать как саму стремительно растущую мусульманскую общину, так и обостряющиеся противоречия ее с коренным населением.

Результат, что называется, на лицо. Появление в крупнейших городах Старого Света исламских гетто, «командировки» европейских мусульман на Ближний Восток с целью участия в боях на стороне Исламского Государства, рост напряженности и ксенофобии в самой Европе. Расстрел журналистов, произошедший 7 января, стал закономерным итогом политики мультикультурализма.

Самое печальное, что все это можно было предотвратить. И сделать это могло, да и обязано было, именно государство. Которое, к сожалению, оказалось в плену идеологических догм, не позволивших ему как прямо или косвенно вмешиваться в жизнь набирающих силу диаспор, так и заставить коренных жителей проявлять минимальное уважение к святыням тех, кого они пустили в свой дом.

Вывод один. «Государство – ночной сторож» отжило свое. В новых условиях государству придется проводить политику жесткого вмешательства в дела общества. Воздействовать на него, формировать и оберегать его. Отслеживать и пресекать возможные конфликты. И, главное, помнить, что никакие идеологические установки не должны вставать на пути государственной необходимости. Ведь самой главной цель государства, в конечном счете, является именно спокойствие и благополучие его граждан.

Зеркало нашей жизни.

«- Дети угадайте, как зовут всем известного персонажа, начинающегося на букву "Б", живущего в стране дураков, который всюду совал свой длинный нос? – Березовский! – дружно кричат дети.»

Как вы думаете, мог ли житель Токио, Берлина или Вашингтона посмеяться вместе с вами, услышав такой анекдот? Скорей всего – нет. Чтобы понять тонкие намеки, заключенные в нем, нужно родиться и вырасти в России, смотреть в детстве бессмертный фильм Нечаева и, кроме того, хоть немного ориентироваться в российской внутренней политике конца XX века. Человек, не представляющий себе, что происходило в нашей стране в 90-х, для которого Борис Абрамыч – просто «Russian businessman», никогда не поймет, что за «страна дураков», причем здесь длинный нос и как вышеупомянутый «businessman» со всем этим соотносится. А мы это прекрасно понимали. И смеялись. Хоть иногда это и можно было назвать смехом сквозь слезы.

Анекдоты, с момента своего появления, и не только в России, служили лучшей формой выражения отношения граждан к тем или иным явлениям их жизни. Выберите, ради интереса, десяток анекдотов, времен, скажем, Советского Союза. Хорошенько вдумайтесь в их смысл. Покопайтесь в источниках. Постарайтесь понять, как на самом деле обстояло дело с высмеиваемым явлением. Уверен, вы поймете, что это был точнейший показатель работы государства, правильно анализируя показатели которого, можно было безошибочно определять настроения, царящие среди простых людей, их трудности и проблемы.

Ранее мы смеялись над анекдотами про царя и Распутина, про временное правительство, про сарай и строительство коммунизма, про чукчу и игру в загадки и многими другими, высмеивавшими самые разные аспекты нашего существования. Они звучали всегда, даже в тот период нашей истории, когда за один такой анекдот, как утверждают некоторые, можно было отправиться осваивать холодную и негостеприимную Сибирь. Во все времена народ России подмечал острые моменты и сохранял их в памяти в форме забавных коротеньких историй.

Недавно же я наткнулся на мнение, будто анекдоты, так метко характеризующие те или иные стороны нашей жизни, на самом деле, сочиняются в недрах вражеских спецслужб! Само собой разумеется, что делается это для расшатывания российской государственности. Оказывается, это не нашим гражданам свойственно со смехом смотреть на трудности, которыми полна жизнь! Оказывается, люди не могут видеть происходящее вокруг них! Как будто им самим не может прийти в голову остроумный комментарий или забавное сравнение! Получается, что мы способны только на бесконечный «Одобрямс!», а всякая критика, наилучшей формой которой является, как раз, анекдот, - это происки врагов государства. А если это именно то, что имел в виду автор, то, обозначив проблему, следует предложить ее решение.

Только как можно бороться с вражеской пропагандой, если не пресекать каналы ее распространения? И не принесет ли такая борьба вреда гораздо больше, чем любая пропаганда?

Про музыку...

Про музыку…

Вы помните свой первый музыкальный плеер? Наверняка большинство из вас сейчас представят себе кассетного монстра. Из тех, на которых нельзя было включать перемотку. Потому, что батарейка заканчивалась очень быстро. И приходилось перематывать вручную, надев кассету на ручку или карандаш и рискуя неосторожным движением отправить ее в полет до ближайшей стенки.

У меня первый плеер появился в возрасте 25 лет. И был это уже далеко не кассетник, а самый что ни на есть ЭмПэТри-шник. SONY. Я обзавелся им, когда понял, что совершать пробежку без какого-либо музыкального сопровождения неимоверно тоскливо. В моей жизни это оказался первый случай, когда мне стало не хватать музыки. И последний.

Я всегда был к ней равнодушен. Даже в школьные годы, когда «положено» было быть либо рэпером, либо «продиджистом» (от названия группы The Prodigy, если кто не помнит), либо, прости господи, киноманом или металлистом, либо еще кем похуже. Нет, я честно постарался полюбить те же самые The Prodigy, даже раздобыл редкий альбом и купил пару футболок. И на этом все. Очень быстро мои музыкальные пристрастия вернулись в норму, т.е. оставил себе несколько любимых песен и слушал их от случая к случаю. До сих пор, иногда, слушаю.

Есть люди, которые жизни своей не мыслят без музыки. Они постоянно пополняют плейлисты, покупают свежие альбомы любимых групп, качают с интернета новые клипы. Им жизненно необходимо, чтобы музыка сопровождала каждое их действие. Их будильник включается любимой мелодией, которую они продолжают напевать, принимая душ и собираясь на работу. В пути они отгораживаются от мира, воткнув наушники или выкрутив ручку автомагнитолы. Параллельно с рабочей программой у них всегда открыто окошко плеера. И они становятся совершенно беспомощными, если лишить их этого удовольствия.

А у меня не так. Я абсолютно комфортно чувствую себя в тишине. Я перестал просыпаться под любимое Эльдорадио, заменив его на просто ужасающий режущий мозг звук будильника. Я не отличаю Daft Punk от Parov Stellar. В моем плейлисте всего около сотни песен, треть из которых до сих пор там только потому, то мне лень сесть и почистить список. Как бы вы ни старались, вам не удастся найти среди них какую-либо взаимосвязь. Французский рэп соседствует с кавказскими напевами, а вслед за Rammstein идут современные певички из репертуара радио «Европа+». Половина песен подобрана с единственной целью – скрасить монотонность утренних пробежек. И слушаю все это я, чаще всего, тогда, когда мне хочется убить время. Причем слушаю одно и то же. Правда, в разном порядке.

В общем, не музыкальный я. Совсем.

Но USB-порта в машине, все же, не хватает…